Почти без конкурса

11 проектов общественных инициатив получили хоть и небольшое, но финансирование. Общее же число конкурсных заявок практически равно количеству победителей — их 12.
Иными словами, деньги дали практически всем, кто оформил бумаги. И это несколько разочаровывает организаторов конкурса общественных инициатив, который проводится в городе уже много-много лет — в этом году он 14-й по счету. «Мы ожидали совсем других результатов, — признается Татьяна Климакова, исполнительный директор Общественного фонда Обнинска, которая ведет всю эту работу. — Тем более, после недавнего круглого стола, который собрал полный зал заинтересованных людей: там мы рассказывали о конкурсе и получили огромный эмоциональный отклик. Думали, что он проявится в большом числе участников. Но этого не последовало. И в такой низкой конкурсности видятся какие-то потребительские, иждивенческие настроения — люди не хотят приложить усилия, чтобы пробить свой проект».
В чем причина? Может, о конкурсе не знают? Такое предположение выглядит просто нелепо: он хорошо раскручен и имеет репутацию. Тогда, может, общественным организациям не так уж сильно нужны деньги? Это вообще абсурд. Работу они проводят грандиозную, на их мероприятия нужны средства, и там рады каждой копейке. В чем же дело?
Ответ очевиден до банальности. Сумма любого гранта не превышает 20 тысяч рублей на год. А некоторые тянут всего на 8-10 тысяч. Но даже эти деньги не дают просто так. Мало того, что нужно провести определенную работу. Нужно еще и правильно оформить заявку, а после получения денег — правильно отчитаться за их использование. Это, разумеется, не обнинская придумка — все гранты распределяются по схожим принципам. И понятно, на то, чтобы правильно составить документы, оформить все бумаги, составить отчеты — нужны силы, время и умение. Очевидно, многие делают вывод: овчинка выделки не стоит. Вот если бы сумма гранта была увеличена в разы и составляла, например, 100 тысяч, за это бы стоило бороться. А так…
Деньги на поддержку общественных инициатив на самом деле идут из городского бюджета, а его возможности отнюдь не беспредельны. Бизнесмены в фонд не вкладываются. То есть увеличить общую сумму вряд ли получится. А что, если уменьшить число победителей — пусть их будет не дюжина, как сейчас, а два-три? Татьяна Климакова подобную стратегию отвергает: если сейчас общественники хоть понемногу, но получают денег, то вообще лишенные финансовой поддержки могут опустить руки, и тогда город лишится многих важных инициатив.
А кто, кстати, обращается в фонд за помощью? Как правило, это те люди, кто уже когда-то получали здесь гранты и знают, как это делается. Хотя есть и новые лица. Например, старшеклассники из школы №1. Они хотят к 100-летию школы создать редакционно-издательский центр «Бодрая жизнь» — так называлась колония, которой руководил великий педагог Станислав Теофилович Шацкий, его имя школа носит много десятилетий. Или общественная организация «Боевое братство», которая предложила проект «День пограничника» — это будет общегородской праздник, а цель проекта — признание заслуг ветеранов боевых действий. Еще одно новое «грантовое» имя — детская организация «Встреча», члены которой занимаются изучением истории войны: в рамках их проекта дети будут встречаться с узниками концлагерей — причем не просто для того, чтобы пообщаться, но и чтобы подарить свои творческие работы. К слову, патриотическая направленность большинства грантов очень выпукла. И это своего рода гарантия, что работу Общественного фонда будут поощрять и впредь. Правда, как при этом вырваться из кольца безденежья или, скажем корректнее, низкобюджетности, никто не понимает. А, значит, волей или неволей обрубаются очень многие общественные инициативы.